Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

"Ладья" и твоё жизненное пространство.

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!
Завтра последний день. Спешите! Выставка работает до 15 часов.

Встречая меня на "Ладье", вы спрашивали: что в этот раз я приобрела интересного?
Делюсь!

В первую очередь для слушателей курса "Я творец", размышляющих (надеюсь!) на новогодних каникулах о своём жизненном пространстве: "Стильное пространство - что это?". И озабоченных (опять-таки, надеюсь!) выполнением задания " Стильная сервировка как образ". Подчеркну, образ - всегда сильная эмоция, ЧУВСТВО!! Вот это меня интересует. Ведь современный человек живёт в пространстве, где совершенно нет чувства, нет отражения духа человека. А всё о стиле!
Надеюсь, результаты меня порадуют.

Перед походом на "Ладью" советую просмотреть публикации в нашем сообществе под тегом "национальная традиция" здесь. На "Ладье" немало сухих, мёртвых, бездушных "произведений искусства".
СРАВНИВАЙТЕ! Ищите образы, а значит, художественные СТРУКТУРЫ: выразительные объёмы, линии, фактуры, выразительный, наполненный чувством и духовным смыслом, колорит. Откликайтесь!

ОБСУЖДЕНИЕ здесь.

Моя первая покупка - ковёр ручного ткачества, Западная Украина, традиционный, настоящий. Рада невероятно!!
У меня подобный уже есть, но он в деревне. О моём первом украинском ковре можно прочитать здесь.




Collapse )

О стиле. Мушмула и речка Ишня.

Мы подъезжали к Ростову Великому.

И вот из-за кущи деревьев неожиданно, вдруг, раскрылась до горизонта бескрайняя водная гладь - озеро Неро.
"Финские названия, земли финно-угров", - лицо мужа рядом с моими глазами.
Вспомнилось: и речка у нашего дома в деревеньке - Ишня. Да здесь финно-угорских метин пруд пруди. "И в лицах - шофёр, который вёз нас с вокзала", электрик, продолжаю я, и, неожиданно, - дед Савелий. Ведь отсюда Поповы, с Ярославщины!

И вдруг меня пронзает догадка.
"А мордва - не финно-угры?" - "Финно-угры, конечно".
В мамином лице так много было именно от мордвы. На одном рисунке XIX века точь-в-точь моя мама в молодости, только в мордовском костюме. А папа так похож на отца своего, Савелия, с его округлым светлым лицом, которое и сейчас нередко встретишь в окрестностях Ростова.

ВОТ ОНО ЧТО!

Вот, оказывается, как он выбирал в жёны мою будущую маму!

Да и выбирал ли он?
Выбирала кровь.
Нащупала в кромешной тьме, зацепилась за родственное, услышала родную мелодию или звук и пошла, повела его на этот звук и вывела строчки в письме из Армавира, куда папа вернулся после войны, в Дебрецен, к маме, медсестре военного госпиталя:"Приезжай!".
И она на этот мерцающий свет поехала к нему, по сути незнакомому и в незнакомое. "Мама, знакомься, это моя невеста", - это мой отец моей бабке Василисе. "Це дальняя, аль ближняя?". Это моя мама помнила до старости. Значит была и ближняя...
Но разве мама решала? Решала за неё кровь - почуяла, нащупала, уловила, привязала, несмотря на обиды, а уж они были и не о всех-то я знаю.

ТАК ВОН ОНО ЧТО!
Значит, финно-угры.

А в бабке Василисе - русское, подмосковное. И всё ли?
И я решала ли?
Кровь решала. И в Москву привела и под Ростов поселила у речки Ишни.
И всё ли?




Collapse )

Завтрак с Антонио Маррасом (!!!).

Вчера была на "Завтраке с Антонио Маррасом" (!!!)
До сих пор в удивлении.
Лакруа и Сержа Лютенса я вряд ли увижу так рядом (а вдруг?). А вот Антонио Маррас сидел в двух шагах от меня.
Без фанаберии совершенно.


Инесса с мобильника.

О том, что я иду, узнала поздно вечером (можно сказать уже в ночь) накануне.
В чём идти?
Collapse )

Апсны - страна Души.

Абхазию называют страной ДУШИ.
А ведь для ТВОРЧЕСТВА обязательно условие - Душа, наполнившаяся до краёв.

На днях вернулась из короткой поездки в Сухуми. Фотографировала очень мало. А жаль!
Успела пофотографировать только растительность - сказалась тоска длиннейшей московской зимы.

Покупаем вино на импровизированным рынке недалеко от дома.
"Почему берёшь не пять литров? Завтра вернёшься!" И действительно, вернулись: вино оказалось замечательным - с лёгкой кислинкой, скрашивало наши вечера.

Помидоры мясистые, белый хлеб воздушный, кислое молоко нежнейшее. Всё как в моём кубанском детстве - НАСТОЯЩЕЕ, с позабытым уже, непередаваемым вкусом!
Освежающая сладость мушмалы как наглядный знак экзотического мира.
Копчёное мясо в ресторане "Нартаа" - слов просто нет!!! Баклажаны с орехами беру на обед каждый день и не могу остановиться.
Заказываю запечёную осетрину - приносят такой огромный кусмище (вкуснейший!) что я, съев меньше трети, отказываюсь в пользу мужа.
Кофе в маленькой кафешке "Монтелепре" в самом начале улицы Лакоба - вне конкуреции. Такой и в дорогих ресторанах Москвы не всегда подают. Пью каждое утро.
Хачапури (на двоих, а то и на троих - 150 р.) покупаем по вечерам в ресторанчике на территории тургостиницы в районе Турбазы.

Бабушки сидят во дворах под тенью пальм.
Пальм с десяток сортов, что с непривычки обескураживает.



Collapse )

Pro memoria. Запись вторая.

  
    ОТЕЦ.  ДЕТСТВО И  ЮНОСТЬ.

    Аудиозапись воспоминаний моего отца,  
    Попова Михаила Савельевича.  
    23 августа 1994 года. Папе 76 лет.  

«Бесскорбная, Советская, Отрадная, Попутная– это всё казачьи станицы, богатые. Здесь приграничная полоса была. Поповы жили почти к центру станицы, а Пасютины больше к окрайне, к западу. Станица большая, километров 7 в длину. После гибели отца мать жила вместе с братьями: дядей Федей и дядей Володей. Жили очень бедно. Одна была комната с земляным полом. Помню, дядя Федя, старший, женился. На свадьбе его дружок ухватился за перекладину на воротах, не удержался, упал и разбился. Долго лежал. Помню бабушку Посютину: больная лежала, выносили по естественным надобностям на руках.  

Когда мы остались одни, у нас было 2 гектара земли. Нанимали пахать, сеять. Платить было нечем - мать целое лето тогда отрабатывала. Начал в школу ходить. Дома оставался один с 8 лет, оставался и на неделю и на две, когда мать уйдёт отрабатывать. Научился супчик варить. Ловил рыбу. Однажды мы пошли (это я в 4-й класс уже ходил или в пятый) на экскурсию в рощу и идти домой я уже не мог, обессилил. Голода ещё не было, но питались плохо. Мяса у нас почти никогда не водилось, а жиров – так это только сало, когда заправить супчик. Еле добрался до Поповых. Пришёл, а их никого дома нет, и я потерял сознание. Потом подобрали, положили в постель. Дня два пролежал. У нас было трое свиней. И вот они голодные были: я ведь не пришёл, не покормил и забыл сказать бабушке с дедушкой. А стены турлучные были, земляные. Они проломили стену в кладовую и пшеницу, которая была, всю рассыпали».




Михаил Попов с другом и его отцом. 1934 год. 


Collapse )